Каталог

Аптека (удовольствие от боли)

Одним из инструментов воспроизводства "Вечного Детства" являются психотропные препараты и наркотики. Тема химического воздействия на человеческое сознание стала одной из доминирующих тем в современной культуре, и все указывает на то, что будущее искусства во многом зависит от того, насколько успешно они смогут войти в отношение симбиоза с различными психоактивными веществами и "аудиториями" их потребителей.

Примеры таких культурных симбиотических субкультур хорошо известны. Например, музыка рэгги - идеология растафарай - канабис. Или же музыка транс и амбиент - галлюциногены. Или же "жесткая" эстетика тарантиновской волны в кино и поддерживающий эту эстетику эффект кокаина.

В русской литературе в настоящее время ведущие и, если можно так выразиться, наиболее "передовые" (в военном смысле) позиции занимает жанр, который, по мнению МГ, можно назвать жанром "психоделического романа". Согласно законам (неписаным, но соблюдаемым) этого жанра литературное пространство романа отдано воспроизводству галлюциноза, причем в изображении этого галлюциноза авторы соблюдают своего рода "психоделический реализм", верность тем или иным психохимическим реалиям и специфическим особенностям различных типов психоделических переживаний. В качестве примеров таких романов следовало бы назвать роман А. Монастырского "Каширское шоссе", романы В. Пелевина "Чапаев и Пустота" и "Дженерейшн Пи", роман В. Сорокина "Голубое сало", роман С Ануфриева и П.Пепперштейна "Мифогенная любовь каст".

У этого жанра, сейчас занявшего столь заметное положение в русской литературе, конечно же, имеются литературные предшественники. Можно упомянуть "Роман с кокаином" Агеева, повесть "Перед восходом солнца" Зощенко и "Розу мира" Даниила Андреева.

Итак, слова Блока "Ночь, улица, фонарь, аптека..." оказались пророческими. Именно "аптека" стала тем плавильным горном, тем алхимическим "гнездом Феникса" откуда Большая Русская Литература (вроде бы уже умершая, как представлялось многим) вдруг выходит снова живой, активной и полной сил, но уже в облике мощного репликанта с полностью освеженной мышечной тканью и интересными имплантантами в спинном мозгу.

"Психоделическая революция" возвращает культуру к классическим формам: литературу - к сюжетному роману, изобразительное искусство - к картине и графике. Не потому, что "психоделическая революция" консервативна, а потому, что она приносит с собой глубокое смещение механизмов восприятия. Это новое требует себе старых форм, чтобы в этих классических рамках ярче проступила его подспудная, незаметная, но необратимая и беспрецедентная новизна. Психоделический опыт несет в себе столь сильное освежение восприятия, иначе говоря, столь интенсивный и резкий заряд забвения, что наследие классической культуры неожиданно начинает прочитываться по-новому. Классическая культура кажется подмененной, созданной только что, воссозданной из новейших, поразительно свежих материалов.

Таким образом, нет никакого разрыва между аптечными объектами МГ, выдержанными в духе строгого концептуального минимализма, и реалистическими полотнами художников группы "Россия" (И. Дмитриев, Л. Блок, Д. Луканин). И то, и другое - последовательные звенья в цепочке аптечного воскресения культуры, которое иначе называется "психоделической революцией".

Павел Пепперштейн