Рисунки Виктории Ломаско. Таганское правосудие.

Рисунки Виктории Ломаско. Таганское правосудие: свидетели дают показания.

Image Комментарии Антона Николаева:

Пятничное (24 июля) заседание по делу Ерофеева-Самодурова в Таганском суде стало бенефисом священника Павла Гурова из храма Петра и Павла в Новой Басманной Слободе. Ему удалось превратить свои свидетельские показания в апологию радикального православия.

Комментарии Антона Николаева:

Пятничное (24 июля) заседание по делу Ерофеева-Самодурова в Таганском суде стало бенефисом священника Павла Гурова из храма Петра и Павла в Новой Басманной Слободе. Ему удалось превратить свои свидетельские показания в апологию радикального православия. Прихожане активно поддерживали своего батюшку выкриками с мест. Судья Светлана Александрова была вынуждена удалить пару богомольных старушек из зала суда. 

Image

Активные обсуждения происходящего шли и в душном коридоре, где в ожидании слушаний и перерывах прели участники процесса и те, кто пришел за ним понаблюдать. Чего только не обсуждала между собой православная общественность: и всемирный еврейский заговор, и то, что среди евреев все-таки попадаются хорошие люди, и то, что выставка «Запретное искусство» и пенсии на которые не прожить — звенья одной цепи, и что русский народ устал подставлять другую щеку...

Мне, например, понравилась история про художника, который рубил иконы. Этакая народная агиография ересиарха Авдея Тер-Оганяна. Так вот, рассказала бабушка, когда этот художник умер, и его стали отпевать в церкви, неожиданно у покойника поднялись руки, и не было никакой возможности надеть на гроб крышку. Батюшка подошел к гробу и собственноручно затолкал конечности на место. Но руки снова поднялись, и батюшке снова пришлось их заталкивать в гроб — и так повторялось три раза. Тогда священник взмолился: «Господи, пусть он был грешником и рубил иконы, но дай мне его похоронить». Господь услышал батюшку, руки опустились вниз, крышку гроба прибили, богохульника похоронили по-христиански. 

Image

В то время как одни православные обсуждали эту историю, группа богомольных женщин бальзаковского возраста в платках и глухих платьях непрерывно читала акафисты. Немногочисленные журналисты записывали понравившиеся фразы себе в блокноты.

Image

Интересную теорию поведал мне в том же душном коридоре философ Михаил Рыклин. Теория касалась художника Олега Кулика и выставки «Верю». По словам Рыклина, Кулик специально не брал на «Верю» никого из участников «Осторожно, религия», поэтому власти позволили выставить работы весьма вольного содержания. Я защищал Кулика, мол, он сам участвовал в «Осторожно, религия». Рыклин категорично ответил, что слышал, как Вася Церетели по телевизору об этом сказал. Я попытался объяснить Рыклину, что в проекте «Верю» была и позитивная сторона — попытка примирить современное искусство с властью и с либеральным крылом духовенства, но философ был категоричен. Тем временем всех после сорокаминутного ожидания пустили из душного коридора в чуть менее душный зал суда. Голландская журналистка Саша Урих сказала, что если бы у них в Голландии вдруг бы случился такой душный суд, то всем бы обязательно раздали холодную воду и предложили кофе. Я даже не знал, что ответить на это.

Image

Зал слушаний набился до отказа, в основном прихожанами отца Павла и их друзей из «Народной защиты», организации близкой к РНЕ. Риторика отца Павла была вполне в духе «православие или смерть». Пара цитат: «Первое, что хочется сделать — это разгромить эту выставку. Получается, что Тер-Оганяну можно рубить иконы, а нам устраивать погромы нельзя». «По поводу осквернителей можно вспомнить слова Иоанна Златоуста: сокруши ему зубы и освяти десницы». 

Image

Еще отец Павел сказал, что он как священник никому по лицу бить права не имеет, чего, впрочем, не может требовать от своих прихожан. Также батюшка посетовал, что государство у нас светское и что отменены законы царских времен, когда за осквернение святынь казнили.

Image

Непосредственно по существу дела священник сообщил приблизительно следующее: работы, за исключением двух или трех (которые батюшка лично накопал в Интернете), он увидел во время допроса у следователя. Больше всего оскорбили оклад иконы с черной икрой внутри (работа Косолапова) и Микки Маус читающий Нагорную проповедь (работа Савко). 

Image

Сам отец Павел на выставку не ходил, услышал о ней по радио, когда ехал в машине. Его сразу же насторожило, что выставка проходит в Сахаровском центре. Еще священник сказал, что его гражданские чувства были оскорблены работой ПГ на тему гомосексуализма в армии. По этому поводу отец Павел добавил, что служил в армии и жалеет, что его не взяли в десантники.

Image

После священника Гурова выступали еще двое: богомольная старушка с веером и мужик в тройке похожий на переодетого купца. Нам надоело сидеть в душном зале, и мы ушли. Позже нам сказали, что эти тоже были возмущены выставкой, которую своими глазами не видели.

Напоминающий дурной фарс процесс продолжается.

Image

 

http://www.artinfo.ru/ru/news/main/Z_K-14.htm 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить